Советы по выбору мебели
СтатьиМебельные программыМебельный форумПользователиДоска объявленийКонтактыКарта сайта

Навигация
Вход
Логин:

Пароль:


Запомнить меня
Вам нужно авторизоваться.
Забыли пароль?
Регистрация
Обзор новостей
Поиск
Счетчик
Рассылка



Отписаться
Статистика
Rambler's Top100Rambler's Top100
На сайте
Гостей: 1
Пользователей: 0


10 файлов по скачиваниям
10 статей
Статьи

Колумбы рынка MDF

Добавлено: 2007-03-01 20:46:23

Сравним две цитаты. Первая – из декабрьского номера итальянского журнала «Ксилон» за 2000 год:
«Ожидается, что в ближайшие 15 лет мировой спрос на эти панели возрастёт более чем вдвое, до 40 млн. кубометров. Только за прошлый год европейские мощности в этом секторе увеличились на 26%, причём наибольшую добавку (510.000 кубометров) обеспечила Германия. Если говорить о Европе в целом, то она производит 7,1 млн. кубометров, а к концу 2002 года заводские мощности возрастут ещё на 25%».
Вторая цитата – из немецкого журнала «Ойвид» за май 2003 года:
«К концу прошлого года производство этих панелей впервые перевалило в Европе 10-миллионный рубеж, превысив его на 0,5 млн. Однако в новом  году производство начало серьёзно замедляться. На ближайший период улучшений не предвидится: избыточные мощности обостряют конкуренцию, заставляя фирмы удерживать или даже снижать цены на конечную продукцию. На фоне растущих производственных расходов это резко ухудшает финансовое положение компаний».
В обоих случаях речь идёт об одном и том же продукте: MDF. Как мы видим, краткосрочный прогноз «Ксилона» на 2002 год (прирост в 25%) сбылся. Но, судя по «Ойвиду», для европейского производства он оказался чем-то вроде финишного рывка, предпринятого за счёт крайнего перенапряжения сил. Между тем, до конца 15-летней дистанции ещё очень далеко. Можно ли считать, что долгосрочный прогноз не состоялся, и к своему полувековому юбилею в 2016 году рынок MDF сменит привычную динамику развития на унылую стагнацию?
 
Причины спада
 
Естественно, мировой рынок  к одной Европе не сводится. На родине MDF, в Северной Америке, производство этих плит  в 2000 году лишь немногим уступало европейскому (3,325 млн. кубометров в США, 1,437 млн. – в Канаде, ещё 0,8 млн. – в Мексике). Но и здесь тридцатипроцентные темпы роста девяностых годов сегодня сошли почти на нет. Торможение определялось двумя факторами: нарастающей конкуренцией со стороны OSB и притоком импортных MDF из Европы. Тогдашний сильный доллар способствовал тому, что на экспорт в Америку работали все избыточные мощности в Западной Европе, плюс значительная часть «новостроек» на её востоке. К середине 2003 года падение доллара превратило все эти гиганты с прессами непрерывного проходного типа в настоящий камень на шее их владельцев, – ведь они создавались прежде всего под американский рынок. Замены ему, да ещё в таких колоссальных объёмах, не нашлось: то, что было дёшево для американцев, оказалось совершенно неподъёмным для других покупателей. Но уход европейских конкурентов мало порадовал американских производителей. Для них главным соперником продолжают оставаться непрерывно совершенствуемые OSB. В первом квартале 2003 года давление этого сектора привело очередной отряд фирм по производству MDF к закрытию либо перепрофилированию.
Тем не менее, опровергать долгосрочный прогноз «Ксилона» никто не спешит. Аналитики склонны считать временными такие отклонения от него, как порождённый рецессией вялый спрос, вздорожание компонентов MDF (особенно – клеев и мочевиноформальдегидных смол), перепады валютных курсов. Однако всё большее влияние на характер спроса начинает оказывать и меняющееся экологическое сознание общества. В ХХI веке сохранение лесов планеты всё увереннее превращается из абстрактной задачи для футурологов в обязательную индустриальную практику. Которой противоречит изготовление лучших сортов европейских и американских MDF из прославленных «лесных красавиц», вроде сосны, канадской лиственницы, альпийской ели и прочих героев предвыборных кампаний «зеленых».
Кроме того, существенную роль в покупательских предпочтениях стала играть забота о здоровье. Легко понять реакцию неподготовленного человека, ознакомившегося в инструкции канадской фирмы «Темпл» с таким, например, предупреждением: «MDF содержат медленно испаряющиеся карбамидоформальдегидные смолы и могут выделять их в слабых концентрациях. Если при этом будут иметь место раздражения глаз или нарушения дыхания, проконсультируйтесь у врача». Или – с пассажем из рекламной брошюры другого известного производителя MDF «Нелсон Пайн»: «Не забывайте, что длительное воздействие древесной пыли и/или формальдегидов способно вызвать заболевания зрения, дыхательных путей (астма) и кожи (дерматиты). Древесная пыль классифицируется как фактический канцероген, а формальдегиды – как возможный канцероген. При обработке этих панелей, а также в зонах их складирования  обязательна интенсивная вентиляция». Возможно, как раз из таких адресованных деревообработчикам инструкций и родился  распространённый миф о том, что MDF представляют собой прессованную древесную пыль, скреплённую всяческими канцерогенами. Его внедрению в общественное сознание «ненавязчиво помогали» и основные конкуренты MDF: поставщики изделий из массива и OSB.
Наконец, спрос на MDF нередко подтачивала… их собственная  популярность. Гребень её волны то и дело пытались и пытаются оседлать  всевозможные авантюристы, предлагающие неискушённым новичкам «MDF для экономных». На деле «экономия» оборачивается издержками, по сравнению с которыми цена «MDF для богатых» выглядит безделицей: рекламациями, судебными процессами, ростом производственных затрат. Так, купленные у ряда «доступных» турецких и польских компаний плиты из-за своей пониженной (а часто и неоднородной) плотности требовали изрядного перерасхода краски, плохая предварительная обработка древесины приводила к быстрому износу инструмента, а «гуляющие» толщины делали невозможным качественное ламинирование или каширование. После подобных экспериментов (чаще всего они приходились на трудные времена после дефолта) уже сам по себе термин «MDF» стал вызывать у их участников невольное отторжение.
Всё это чем-то напоминало ситуацию в средневековой Европе, когда ожесточённая военная «конкуренция» лишила феодалов денег, а рядовых обывателей – доверия к любым предприимчивым действиям. Никто не сомневался, что опустевшие виноградники Франции, заброшенные прядильни Испании, безлюдные мастерские Германии способны приносить хорошие деньги, – но отсутствие стартового капитала делало эти сокровища эфемерными. Чтобы оживить застывшую экономику, понадобились каравеллы Колумба. Их заокеанские открытия обеспечили средствами купцов, банкиров, изобретателей, фабрикантов, – всех тех, кто приступил тогда к реформированию европейского хозяйства. Возможно ли в наши дни появление современных Колумбов, которые дали бы замершему рынку MDF «второе дыхание»?
Да. Возможно. Более того: они уже в пути. Точно так же, как великий генуэзец исходил из уверенности в существовании новых богатых островов и континентов, современные Колумбы рынка MDF исходят из уверенности в безграничных возможностях этого замечательного материала. Они говорят: «MDF слишком дороги? Сделаем дешевые, без ущерба для качества! Есть опасения по поводу токсичности? Их больше не будет! От MDF исходит угроза лесам? Мы ликвидируем её!»
 
Всякая дешевая дрянь
 
Начнём с конца: с угрозы лесам. Логичной альтернативой их вырубке всегда было использование возобновляемых плантаций. Но если для производства OSB такие плантации уже стали рыночной реальностью, то в технологиях изготовления MDF применение быстрорастущих пород продолжало считаться безусловным табу: «Наши плиты не уступают массиву именно потому, что сделаны из отличного дерева, а не из всякой дешёвой дряни». Этот распространённый в Штатах и Европе аргумент был воспринят как вызов в тех странах, где «дешёвая дрянь» (наподобие бамбука, пальмового волокна или кокосовых отходов) на протяжении  многих веков служила основой национального хозяйства. Традиционные для старинной  китайской мебели бамбуковые гвозди держали её даже тогда, когда железные скрепы обращались в пыль. Пальмовые плоты из поколения в поколения передавались малайцами по наследству, нимало не теряя в прочности от столетнего пребывания в морской воде. Неудивительно, что наиболее успешно «перекрой» производства MDF под возобновляемое сырьё пошёл в азиатско-тихо-океанском регионе, где традиции использования «всякой дряни» восходили к глубокой древности.
Одной из первых в плавание к будущим открытиям вышла «каравелла» австралийской фабрики-лаборатории в Клэйтоне, штат Виктория. В принципе, производство MDF на «зелёном континенте» (850.000 кубометров в год) удовлетворяло все нужды его 20-миллионного населения, использовало только быстрорастущую сосну radiata и к тому же полностью отвечало строгим австралийским стандартам безопасности: не более 0,1 весовой частицы формальдегида на миллион весовых частиц воздуха. Стимулы к поиску у
Колумбов из Клэйтона, казалось бы, отсутствовали, – как говорится, «от добра добра не ищут». Но возглавивший лабораторию доктор Джейми Хаг предпочитает жить не сегодняшним, а завтрашним днём, найдя в том поддержку у двух главных производителей MDF страны (корпораций «Ламинекс» и «CSR»), а также у правительственной программы «Биоматериалы будущего», курируемой известным учёным Брайсом Хардом. Объединив опыт практиков с талантом молодых исследователей, коллектив доктора Хага приступил
к осуществлению обширного комплекса  проектов, от микроволновой сушки в широком диапазоне частот до разработок новых бесформальдегидных связующих на основе натуральных смол с инсектицидными и фунгицидными свойствами, – как для обычного сырья MDF, так и для инновационных материалов из соломы зерновых культур и жмыха сахарного тростника.
Взаимосвязь между проектами нередко выявлялась в ходе работы над ними. Например, УВЧ-обработка и воздействие лазерного нагрева потребовали применения особо термостойких клеев, – а как раз такими свойствами обладали продукты переработки эвкалиптовых смол, которыми занималась «параллельная» лаборатория. Поверх листа с перечнем  требований национального стандарта в кабинете Хага была прибита австралийская стодолларовая банкнота. Этот выразительный «сдвоенный» символ характеризовал общую направленность работ: любые инновации обязаны сохранять должный уровень качества, не превышая при этом конечной цены плит MDF в 66 долларов США за кубометр. Успешные результаты плавания австралийцев в страну «всякой дешёвой дряни» уже сделали их дешёвые и качественные «соломенно-тростниковые» плиты предметом живейшего интереса бизнесменов из развивающихся стран.
Впрочем, в самих этих странах тоже времени даром не теряют. Первой в мире фабрикой MDF на тростниковом жмыхе стала ныне уже легендарная вьетнамская Кхон Кен. Вскоре после неё по тем же технологиям, разработанным финским концерном «Метсо», начала выпускать MDF фирма «Аль Нур» в Пакистане. Ещё две аналогичных фабрики были построены в Тайланде и Египте. Китайское производство MDF с использованием пшеничной соломы должно вступить в строй к концу этого года в Ченгду, провинция Сычуань. Ранее эта солома просто сжигалась крестьянами, теперь она превратится в ежегодные 50.000 кубометров ламинированной плиты. Индийское производство MDF в Тохане использует передовые технологии переработки миллионов тонн хлопковых стеблей, сжигание которых до этого изрядно отравляло воздух Индии.
В Малайзии специалисты группы компаний «Тян Сьянг» в содружестве с Государственным институтом лесных исследований сосредоточились на модификации имеющихся технологий MDF под изготовление качественных плит из волокон масличной пальмы. Таиландские разработчики концерна БАК наладили промышленное производство тонких эвкалиптовых MDF-плит, ламинированных бамбуком с применением нетоксичного полиуретан-акрила. Их китайские соседи пошли ещё дальше, создав на основе своих неустанно расширяемых бамбуковых плантаций массовый выпуск собственно MDF. При этом в Китае использовали не только то обстоятельство, что бамбук является самым быстрорастущим растением на Земле (например, сорт Мао Жу способен подрастать за 24 часа на 119 сантиметров), но и сумели поставить на службу строителям его редкостную сопротивляемость любым, даже наиболее чудовищным внешним воздействиям. Как известно, единственным, что уцелело в «мёртвой» центральной зоне ядерного взрыва в Хиросиме, оказались обугленные побеги бамбука, которые уже на второй день после катастрофы, как ни в чём не бывало, вернулись к обычным темпам роста.
Все «бамбуковые» разработки в КНР были изначально нацелены прежде всего на удовлетворение колоссальных аппетитов внутреннего строительного рынка. Поэтому курс плавания китайской каравеллы определялся такими специфическими ориентирами, как прочность и долговечность (минимум 50 лет гарантии), сопротивляемость капризам климата, повышенная огнестойкость. Усилия китайских Колумбов увенчались своего рода реваншем: ранее американские OSB  отвоёвывали у MDF мебельный рынок, теперь китайские MDF приступили к уверенному освоению строительного сектора. Особенно динамично развёртывается производство ламинированных полов из MDF, – по самым скромным прогнозам в 2003 году оно должно составить не менее 60 млн. кв. метров. Впрочем, удовлетворяемый спрос на жильё всегда сопровождается всплеском спроса на мебель, а у китайцев перспектив в этом отношении хоть отбавляй: если их расходы по приобретению мебели пока ограничены средними $15 на человека, то в уже «застроившемся» Сингапуре они достигли 200 долларов, причём около 75 из них приходится на мебель с применением MDF (в первую очередь – на кухни).
 
Преемники Изабеллы 
 
Было бы неверно рассматривать достижения азиатско-тихоокеанского региона как некий изолированный прорыв в область новых материалов. Плавания Колумба осуществились благодаря финансированию из казны испанской королевы Изабеллы. Для нынешних Колумбов роль этой казны отчасти выполняют гибкие технологии изготовления MDF, предлагаемые экспериментаторам такими мировыми лидерами машиностроения, как «Зимпелькамп», «Диффенбахер», «Метсо», «Бизон», «Валмет». Горизонты их использования значительно расширяются за счёт богатейшего спектра отделочных материалов. Последний Интерцум со всей очевидностью показал, что временный спад в продажах MDF воспринят большинством ведущих компаний, от «Кроноспана» и «Вилламета» до «Вейерхойзера» и «Эггера», в качестве краткой передышки для пополнения арсенала перед новым наступлением.
Интерцуму не уступал по числу инновационных открытий и другой «коллективный Колумб» – ганноверская Лигна-2003. Достаточно назвать такую сенсацию, как привлекшую всеобщее внимание технологию сквозной окраски плит MDF. Революционная новинка была предложена широким творческим «альянсом» маститых теоретиков научно-исследовательского института Вильгельма Клаудитца, практиков баварского химического концерна «БАСФ» и консультантов большой группы различных европейских производителей MDF. Возможность получения цветных, фантастически ярких MDF привела дизайнеров буквально в состояние экстаза, открыв перед ними совершенно неожиданные декоративные перспективы.
К тому же, новая технология одарила MDF целым рядом необычных для них функциональных свойств. Например, резкое снижение электростатического сопротивления этих плит сразу сделало их желанными гостями в офисах с компьютерами, коммуникационных центрах, телестудиях, лабораториях с большим количеством электроники и прочих помещениях, где давно мечтали о «незаряжающейся» мебели и полах. Производственники же, в свою очередь, были обрадованы дальнейшим приближением механических свойств обрабатываемых цветных MDF к массиву. «Работать с этим поразительно элегантным материалом – одно удовольствие», – было единодушным вердиктом профессионалов, собравшихся на посвящённый цветным MDF июньский семинар в Академии деревообработки в нижнесаксонском городе Мелле.
Состав участников подобных семинаров (не говоря уже о посетителях ганноверских и кёльнских стендов) вовсе не сводится к европейцам или американцам, свидетельствуя о постоянном интересе развивающихся стран к западным инновациям. В Китае честно признают, что многими собственными открытиями в области MDF их разработчики обязаны тщательному изучению дополнительных возможностей, скрытых в определившихся на международных выставках тенденциях. 
Но решающее место в реализации научных проектов по-прежнему, как и во времена Колумба, принадлежит финансированию. Чаще всего в качестве преемников королевы Изабеллы выступают фонды, создаваемые группами отраслевых компаний, ассоциациями или международными экологическими организациями. Для Китая, Новой Зеландии,
Австралии типично по преимуществу государственное финансирование. На научные исследования, как фундаментальные, так и прикладные, там ежегодно выделяется до 5-8 процентов национального бюджета. Ряд стран (государства ЕС, Бразилия, Индия, Малайзия, Тайланд, Япония) сочетает частные источники с государственными, а иногда появляются и заинтересованные спонсоры «из провинции» – например, полмиллиона долларов, необходимых австралийской лаборатории доктора Каттса на создание нетоксичных связующих для MDF, были предоставлены ей властями штата Виктория. 
Глобальность этих процессов вполне сравнима с масштабами эпохи великих географических открытий. То, чего недостаёт в одном месте, обязательно обнаруживается в другом, общий процесс развития не прерывается ни на мгновение. В терминах «лесосбережение», «экологический подход», «дружелюбные технологии» звучит сегодня та же надежда, какая во времена Колумба была заключена в словах «Ост-Индия», «Америка», «Эльдорадо». Новейшие исследования в области MDF определяются сейчас именно этими терминами, поэтому можно не сомневаться: у долгосрочного прогноза «Ксилона» есть все основания сбыться.
 
В. Медлик

Понравилась статья? Поделись с друзьями!
Facebook Опубликовать в LiveJournal Tweet This


Оглавление   |  На верх

Оглавление        Вернуться к статье

Тема страницы:

Колумбы рынка MDF: Виды мебели и материалов для её производства ( Мебель, поиск, советы ) 2017-12-16 14_07_41

Использование материалов разрешается только при наличии ссылки на источник информации: mdrev.ru !
Для интернет-ресурсов наличие прямой активной гиперссылки www.mdrev.ru - обязательно ! © 2005-2014